21:08 

Годовщина моя

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Через пропасть отчаянья хрупок надежды мост.
До последнего мига веришь, что смерти нет.
Элхэ

Смычок пришёл в негодность, струна истрепалась,
моя былая гордость до дна исчерпалась.
Людей просить не смею, царей не имею...
Щербаков

Сегодня тридцатое ноября, и Гражданка окутана серебристым, до визгу холодным туманом метели, в котором не то что жениха-невесту - Штильцхена родного с трех шагов не признаешь. Ноги в снегу вязнут, скорость сразу снижается, чтоб я себя ощущал не легковушкой, а крепкой самоходкой, не слишком бодро прущей по стратегической серой каше. Снег по лицу хлещет, белой мухой вьется, очки залепляет.

Шарль Круа не носил очков, а также не носил ни блокадных ватников, ни пуховиков на синтепоне. Максимум, на что он мог рассчитывать - это меховая шуба. А ноябрь - месяц непредсказуемый, паскудный: стратегическая грязь весь месяц черная-черная, с вонью гнилостной, а под последнее число как забелеет! По сию пору в конце ноября первый раз заметает.

А под Нарвой, ясное уж дело, шведам все на руку. И метель-то им в спину свищет, носы не отмораживает, подгоняет только, и армия - не обормоты петровские свежерекрутированные.

Погодный фактор Шарль будет проклинать долго - и на французском, и на немецком, и даже великомогучим не побрезгует, ибо для Петербурга нужно запастись к этому фактору особою выносливостью. Чем он побрезгует точно, так это великомогученским алкоголем, хотя и тут ему есть чем гордиться: после того, как Петр "посылал к де Круа семерых посыльных, одного за другим, а так как герцог не являлся, то монарх поспешил к нему сам и повторил свое требование, подкрепив решимость дюка стаканом вина" - так вот, после этого у Шарля хватило сил вытребовать у царя инструкцию, чтобы иметь возможность ее в случае неудачи выставить: дескать, "приказал царь ведать над войском арцуху фон-Крою". Он умница, мой герцог, умница! Впрочем, даже магистру Шарль никогда не расскажет, сколько было стаканов.

И остался фельдмаршал с петровской инструкцией перед лицом шведов и метели ровно триста двенадцать лет назад.

Если бы я позналнашел Шарля два года назад, то отмечал бы дату битвы - да-да, со стаканом и своими главами, - вместо трехсотлетия Петербурга, ненавидимого Шарлем столь же, сколь мною любимого. За что ему любить творение Петра - ему, погибшему по Петровой вине раньше, чем впервые произнесено было имя Санкт-Петербург?

@музыка: Замок Хэлгор

@темы: - Чернильница в ужасе -, - У любви острые зубы и длинные руки -, - Олья подрида -, - И все-таки трава - наркотик -, - Даешь растекание белкою по древу! -, - Ах, этот взор ртутных глаз - две протонных Авады! -, - Активация личного бредогенератора -, - Слово "тоттмейстер" застолблено до нас -

URL
   

Прекрасные мысли, развешанные на стенах

главная