18:10 

Как это: я буду мамой, а ты космонавтом?

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Помнится мне, в возрасте лет эдак семи и во все другие возраста я из рук вон не умел играть в куклы. Они у меня имелись, и имеются даже сейчас - стоят в шкафу в собственноручно сшитых из кусочков шелка и парчи платьях XVII века. Ясно помню, что примерно такой вид они имели чуть ли не с дней их покупки: у меня не было, кажется, вообще никакого ролевого мышления. Я с большим увлечением мог выстраивать вокруг кукол интерьер, создавать им жизненное пространство, но не вел за них диалоги, не разыгрывал с ними сюжетов, не моделировал из них копию своей семьи и ни на миг не забывал, что они - искусственные.

Точно так же дело обстояло с детскими играми - я не мог вообразить себя кем-то, кроме себя самого. Твердое знание, что я Кира Можайская, преследовало меня даже на операционном столе - отходя от наркоза, я повторял, настаивал, утверждал это, едва ли не стуча по койке ботинком.

Кажется, моя фантазия пошла в пищу этнографии вместе с осознанием, что каждая сказка, басня, повесть - не увлекательная история из жизни, а прочная конструкция из архетипов.

До сих пор, глядя на любимый русский язык, я не сходу скажу, какое слово относится к одушевленным, а какое - к неодушевленным, есть тут лингво-теологические казусы, - однако чтобы я хоть в раннем детстве всерьез поверил, что неживое может иметь свойства живого... Нет. Зато, правда, я всегда знал, что кошка - человек Игрушка - это игрушка, с ней можно что-то делать, но она все равно останется игрушкой, как бы ни походила на уменьшенную копию жизни.

И вот теперь я начал сочинять не статью в научно-популярное издание, а художественное произведение. Литература - копия жизни для взрослых, это игра моделями-героями - моделями, гораздо больше похожими на людей, чем куски пластика со стеклянными глазами, но все равно моделями. Человек, которого не существовало в жизни, человек придуманный, человек, чье сознание полностью создать нельзя, и приходится высвечивать отдельные его живые черты. Человек, упрощенный иногда сильно, словно нацело вырубленный, а иногда, напротив, неотличимый от живого - все это искусственная модель, некая "кукла", которую автор ставит в определенные положения и ситуации для своей цели.

А я не умею играть в куклы. Я не научился этому в детстве, я не научился принимать систему координат на веру - "осознанное доверие", или как это называется? Это новый для меня навык, новая для меня игра - построение образа, сюжета, события, поначалу умозрительное, а потом все более плотное, приближающееся к реальности, как гипербола - к оси, - но никогда ею не становящееся.

Вот меня Шарль-то и спас. Заставил не моделировать образ из головы, а искать исторические факты, чтобы я ощущал, что, даже став для меня героем, он - не модель. Он - живой человек. И продемонстрировать это во много раз сложнее, чем играть героями, не имеющими опоры... Поэтому хотя бы полуисторическую опору у меня имеют все.

@темы: - На Светлой Стороне тоже есть печеньки -, - Олья подрида -, - Мушка моя алярмовка! -, - Даешь растекание белкою по древу! -, - Ах, этот взор ртутных глаз - две протонных Авады! -, - Активация личного бредогенератора -, - Слово "тоттмейстер" застолблено до нас -

URL
   

Прекрасные мысли, развешанные на стенах

главная