10:09 

Игра в читателя

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Утром встал, обулся, снял сценарий с полки,
Сел вносить поправки, внес, разулся, лег ©
М.Щербаков

Сочинение книги - это не только игра в бирюльки с событиями, персонажами, артефактами, словами и буквами.
Сочинение книги - это не только игра с читателем, тонкое искусство вождения такового за нос и обведения вокруг пальца.
Сочинение книги - это еще и игра В читателя.
Представьте себе несложную компьютерную игру - ну хоть какое-нибудь... тамагочи. У вас есть зверушка. Ее нужно кормить, поить, развлекать, лечить и никогда не бросать. Если чего-то не сделать в нужном объеме или не делать вовсе, она умрет, и зверушки у вас не будет.
Более мягкий пример: представьте себе, скажем, первый Стронгхолд. У вас есть крестьяне. Вы можете увеличить им паек, платить крестьянам жалованье, устраивать им праздники и выходные, а можете запереть амбары, драть зверский налог и каждый день бить кого-нибудь кнутом. Тогда народная любовь понизится настолько, что крестьяне вас покинут и больше не вернутся.
Если вы автор, то ваш гипотетический читатель - это ваша зверушка. Или ваши крестьяне, если хотите. И вы должны, регулируя разные методы воздействия, заставить это существо вас любить. Иначе книжка будет брошена - зверек умер, крестьяне ушли.
Я говорю о гипотетическом читателе - условной модели, с которой имеет дело автор. Для этого существа не могут быть решающими факторами смысл и форма - кто-то любит читать о любви, кто-то треш, угар и кровькишкимясо, кто-то - философию. Наша усредненная зверушка ест любой жанр, который выбираем мы. Решающим фактором для нее являются другие величины.
Базовая величина - степень напряженности сюжета, представленная как разметка силовых моментов на графике - внутри каждой сцены и в порядке следования сцен друг за другом. Это своего рода синусоида: спокойный момент - падение линии вниз, острый - подъем, пик. Можно взять любую книгу и пометить на бумаге точками все сюжетные пики, а потом соединить их линиями - и мы получим этот самый график - график напряженности объективного сюжета.
Фактически он является графиком нервной напряженности читателя - фактора, заставляющего читать дальше. Когда напряженность падает до нуля, книга закрывается.
Следует заметить, что в процессе чтения читатель не ощущает себя в неподвижности. Его сознание преодолевает большое расстояние, путь по книге. Это не романтическое представление, это особенность восприятия. Почему нам скучно на тягомотных, медленно развивающихся произведениях? Потому что наше сознание в момент знакомства с ними стоит на месте, не ощущает движения. Если движения нет, зачем я это читаю?
НО степень напряженности объективного сюжета еще не равна тютелька в тютельку степени напряженности читателя. На последнюю влияет много других факторов сюжета. К самым основным относятся (и куда движется мера напряжения):
- смерть персонажа (вниз)
- появление нового персонажа (вверх)
- узнавание персонажа, появившегося вновь (вверх)
- ложная развязка (вверх)
- момент понимания, что к чему, опережающий раскрытие дела автором (вниз)
Это значит, что на местах подобных событий, даже если они не очень напряжены объективно, мы можем поставить еще точки - субъективные, и график изменится: там, где читатель по сюжету должен быть расслаблен, он становится напряжен.
Затем. Большую роль играет само соотношение объективных пиков и падений. Чем больше мелких пиков, тем больше читателю кажется, что он двигается быстро, тем сильнее становится напряжение. Приведу пример: наш живой соотечественник Константин Соловьев в свои фантастические романы искусно вставляет длинные остросюжетные байки, рассказываемые разными героями. Они не имеют никакого отношения к сюжету, даже социальный опыт из этих баек редко пригождается героям, но развязка баек так неожиданна, а повествование так обстоятельно, что они волей-неволей повышают читательское напряжение. И вот в жизни героев ничего пока не произошло, они спокойно беседуют, а читатель уже ощущает, что его сознание стремительно катится с горы.
Очень важны входы и выходы сцен. Например:
- пик => пологость (в таком случае предыдущая сцена должна иметь пик близко к концу, чтобы "разгона" хватило влететь на новый)
- пологость => пик (плавный подъем, следующая сцена должна начинаться спокойно).
Нарушение ритма создает ощущение либо затянутости, либо нагромождения событий без передышек.
Затем, важную роль играет настрой читателя. Нет, не его настроение, а его ожидания, на которые наводит его сам автор. Если вы даете ему причину ожидать чего-то, а потом вдруг отказываетесь от этого, вы рискуете его потерять. Но слишком ожидаемых авторов публика тоже не любит: нужно выбрать оптимальный угол между ожиданием читателя и реальностью, желательно чуть меньше 90 градусов.
Чрезвычайно важно помнить: читателю интересно до тех пор, пока у него в голове есть вопрос. Самое простое: появляется персонаж. Кто это? Самое смешное, что если персонаж без пояснений исчезнет, а потом появится вновь, при следующем появлении у читателя уже не будет вопроса, кто это, у него будет радостный ответ: это снова он! Утрирую, конечно.
Иногда все эти моменты вступают в острое противоречие между собой, сходятся на какой-то сцене клином.
Приведу пример из моего романа: мое довольно двусмысленное начало.
1. В экспозиции лжедмитриевской Москвы появляется персонаж по имени Анри (Генрих Ариус). Спокойная обстановка (пологость). Вопросы: кто это? Как к нему относиться? Неожиданно начинается тот самый бунт, и персонажа убивают (пик и резкое падение, потому что первая сцена настраивает на солидаризацию с персонажем, а он взял и умер).
2. Экспозиция меняется: в Петрограде появляется персонаж по имени Аня (пологость). Вопросы: кто это? Как относиться к ней? Аню отвергает жених, она уходит в ночь холодную и простужается (пик). Вопрос: она тоже умрет, как Анри?
3. Больная Аня видит сон об уютном доме в деревне из ее детства, где ее встречает добрая знакомая тетушка (пологость).
4. Аня просыпается в гробу (резкий пик). Вопросы: это была летаргия? Она умерла или нет? Аню выкапывает человек, назвавшийся Ариусом (резкий пик. Вопрос: тот самый Ариус?).
5. Начинается жизнь в коммунии (пологость с небольшими пиками в моменты появления соседки Елизаветы Маврикиевны, экзекуторов - гвардейцев, священника, Лягуши с бабушкой).
Стоп пересказ.
Смотрите, как я разрываюсь.
Аргументы, чтобы сцена №1 была убрана из начала: 1) Настройка на информационное ожидание книги о Марине Мнишек. Разочарование при переходе в Петроград. 2) Негативная эмоциональная настройка от смерти первого же персонажа. Если он сразу же гибнет, читателю будет гораздо сложнее солидаризироваться со следующим, потому что подсознательно он ждет новой смерти и не хочет снова испытывать неприятные ощущения;
Аргументы, чтобы сцена стояла на месте: 1) Узнавание и сопоставление "тот Ариус - этот Ариус" дает большой пик напряжения и выброс позитива. 2) Она вводит читателя в очень плавный переход от пологости к пику. Изящнее я просто не сделаю.
Рога дилеммы, господа!

Итак, игра в читателя состоит в том, чтобы поддерживать в нем интерес разными способами. Интерес читателя - это самая неуловимая цель любого автора. Это не фактор популярности у публики; это фактор прочитываемости книги живым человеком, в подсознании которого так или иначе работают описанные мною закономерности.

@музыка: МРФ - Лангольеры

@темы: - У любви острые зубы и длинные руки -, - Слово "тоттмейстер" застолблено до нас -, - На Светлой Стороне тоже есть печеньки -, - Музофренические посиделки -, - И все-таки трава - наркотик -, - Даешь растекание белкою по древу! -

URL
Комментарии
2014-08-20 в 14:51 

Лайверин
Лети, душа моя, на свет, лети на волю. Моя свобода - это миф, мечта рабов.(с)
Сочинение книги - это еще и игра В читателя. Ага. Причём периодически начинаешь анализировать текст, не успев его дописать.

Аргументы, чтобы сцена №1 была убрана из начала: 1) Настройка на информационное ожидание книги о Марине Мнишек. Разочарование при переходе в Петроград. Кстати, да. Настраиваешься на исторический роман и определённую эпоху. Ну и ещё перенос этой сцены позволит сохранить интригу и держать читателя в напряжении.

А ещё я очень по тебе соскучилась.

2014-08-20 в 15:11 

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Причём периодически начинаешь анализировать текст, не успев его дописать. Не успев начать писать.
Ну и ещё перенос этой сцены позволит сохранить интригу и держать читателя в напряжении.
Пришла вот дикая мысль: взять и опрокинуть всю первую часть как ретроспективу во вторую часть, посвященную блокаде Ленинграда. Эдакое начало: зима. Снег. Мороз. Свист истребителей. Тьма выткни глаз ничего не видать (с). И какие-то мрачные, совершенно ушатанные и злые чуваки в ватниках стоят под обстрелом с жестяной банкой, на дне которой плещется капля драгоценного керосина, и собирают в эту банку каких-то насекомых (зимой! насекомых!), а потом с наслаждением пожигают их и греют руки о дрожащее пламя... апокалипсисматрицаскайнет. А потом уже - с чего все началось, кто все эти люди, ОТКУДА В ЛЕНИНГРАДЕ СУШЕНЫЕ АКРИДЫ, и тэ дэ.
Но это глупо, конечно.

:heart::heart::heart:Ртуть сказала "Надо", взяла себя в лапы и начала делать хоть что-то дельное...

URL
2014-08-20 в 15:30 

Лайверин
Лети, душа моя, на свет, лети на волю. Моя свобода - это миф, мечта рабов.(с)
наш живой соотечественник Константин Соловьев *вбила в поисковую строку* Ого! Я у него только "Урода" читала, а он, оказывается, так много написал.

2014-08-20 в 15:35 

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Лайверин, боже ж ты мой, и ты с ним знакома! "Господин тоттмейстер" и "Нантская история" - это пока все, что я прочел, чтобы засомневаться, не женщина ли автор :gigi: Такая тонкая симфония субъективных запахов и звуков объективного города, такие меткие, яркие слова для характеристики героев - я за полгода понял, что он - мой образец и пример для... не для подражания, а чтоб за ним тянуться.)
Помнится, "Тоттмейстера" увидел в магазине, вовсе не в книжном, вытаращил на обложку глаза, открыл, пробежал пару первых строк - и понял, что я буду это любить.

URL
2014-08-20 в 15:53 

Лайверин
Лети, душа моя, на свет, лети на волю. Моя свобода - это миф, мечта рабов.(с)
В шестнадцать лет ничего, кроме "Урода", мне на книжных полках не попалось. Когда появился Интернет, я уже была уверена, что он "автор одной книги". Было обидно. А теперь вижу, что там нетронутая сокровищница.
Я даже специально покупала экземпляр, чтобы подарить одному милому юноше, похожему на Хэйдена Кристенсена.

2014-08-20 в 16:17 

Мыслящая Ртуть
Мы построимъ свою собственную Петербургскую Имперiю с шахматами и барышнями!
Лайверин, а я упустил свой шанс купить, и вскорости "Тоттмейстер" с полок испарился, и больше я нигде его не видел. Печаль. Автор ведь трилогию пишет, я б собрал.
похожему на Хэйдена Кристенсена
Откуда вы берете таких юношей? У меня таких нет. :weep:

URL
2014-08-20 в 22:54 

Лайверин
Лети, душа моя, на свет, лети на волю. Моя свобода - это миф, мечта рабов.(с)
Откуда вы берете таких юношей? У меня таких нет. У нас тоже только один был. Товарищ по фехтовальной секции.

   

Прекрасные мысли, развешанные на стенах

главная